24 мая 2022 г. Вторник | Время МСК: 11:59:02
Карта сайта
 
Статьи
Как команде строитьсяРаботодатели вживляют чипы сотрудникамAgile в личной жизниСети набираются опта
«Магнит» хочет стать крупным дистрибутором
Задачи тревел-менеджера… под силу роботу?8 основных маркетинговых трендов, которые будут главенствовать в 2017 году
Статья является переводом одноименной статьи, написанной автором Дипом Пателем для известного англоязычного журнала «Entrepreneur»
Нужно стараться делать шедевры
О том, почему для девелопера жилец первичен, а дом вторичен

Регулирование рынка труда

Интервью Максима Топилина - заместителя министра здравоохранения и социального развития РФ




Источник: Эхо Москвы
добавлено: 31-07-2009
просмотров: 7220

Передача: Поехали
Ведущие: Марина Королева

Марина Королева: 22 часа 11 минут в Москве. Всем добрый вечер. Это действительно программа "Поехали". Марина Королева в студии. И мой сегодняшний гость – это Максим Топилин - заместитель министра здравоохранения и социального развития РФ. Максим, здравствуйте.

Максим Топилин: Добрый вечер, Марина.

Марина Королева: Я сразу напомню все телефоны для связи с нами. Ну, пока Вам потребуется только один телефон для смсок. Если нужно будет, то мы подключим и телефон прямого эфира, но пока для смс +7 985 970-45-45. Я надеюсь, что Максим Топилин ответит сегодня не только на мои, но и на Ваши вопросы, которые связаны с регулированием рынка труда. Я так понимаю, что, не смотря на название программы "Поехали", особенно мы сегодня перемещаться по миру не будем. Ну, максимум, наверное, в пределах России поперемещаемся, и попробуем понять, ну, например, в каких регионах сейчас выгоднее жить и работать. Ну, до этого мы дойдем. А начать я все-таки хотела, пожалуй, с самой горячей темы, которая будоражит умы вот уже, наверное, вторую неделю. Она связана с закрытым Черкизовским рынком. И с людьми, которые потеряли там работу. Вот смотрите, Максим, как нам рассказывали в Федерации мигрантов России, там около 100 000 человек, которые работу потеряли, при этом вроде бы, потому что цифры очень разнятся, 70% там работали россиян, т.е. людей с российским гражданством. Т.е. получается, что рынок был закрыт, закрыт экстренно. И это тоже, кстати, вопрос, почему такая срочность, почему такая спешка. Люди проснулись утром и обнаружили, что они больше не работают. И второе – это огромное количество людей, потерявших работу. Скажите, к Вам в ведомство, в Минздравсоцразвития люди обращались с Черкизовского рынка со своими проблемами?

Максим Топилин: Нет, в наше ведомство пока таких обращений не было, но насколько нам известно, московская служба занятости в рамках того, как эта ситуация регулируется на уровне московского правительства, участвует в работе по урегулированию ситуации. На самом деле этот вопрос, конечно, своими корнями лежит не в сокращении рабочих мест, не в проблеме потери не только, наверное, работы, но и бизнеса, очевидно. Т.е. не только там люди, которые были наняты на работу, в основном проблема скорее коснется именно собственного бизнеса. То эта проблема связана и с санитарными нормами. И, наверное, с тем, что связано с таможенными различными ситуациями. Здесь тема не является компетенцией министерства здравоохранения. Но могу сказать, что по мере развития ситуации, безусловно, люди, если они окажутся безработными, безусловно, могут прийти в службу занятости, любой человек, даже который потерял собственное дело, который был не наемным работником, может обратиться в службу занятости, получить все необходимые услуги, но единственное, что могу сказать, что это обращение должно быть по месту регистрации. По постоянному месту жительства. Могу предположить, что на этом рынке работали люди не только из Москвы. Может быть, не столько из Москвы.

Марина Королева: Ну, это, безусловно.

Максим Топилин: И если так судьба сложится, что им придется вернуться в свои регионы, то и там не будет какой-то работы, то в принципе все услуги, которые предоставляет служба занятости, они могут получить. Еще раз повторю, что проблема есть. Мы ее прекрасно понимаем, и если у людей сложится такая ситуация, мы готовы им оказать все необходимые меры, которые мы оказываем по линии службы занятости. То, что является в нашей компетенции.

Марина Королева: Ну, вот это интересно, что, как Вы говорите, к Вам никаких обращений еще не было. Учитывая особенно то, что там вроде бы много и российских граждан, и учитывая то, что вот уже сегодня второе обращение к президенту там подписали люди. В основном, как Вы правильно, говорите, это люди, которые потеряли там товары и бизнес и т.д. Т.е. они просят хотя бы допустить их к товарам, вернуть им товары. И вот как вы предполагаете, вот это обращение, как это обычно происходит с подобными документами. Люди подают какое-то обращение, пишут письмо на самый верх, потом это спускается по инстанциям. Вот до Вас это дойдет? Или это будет направлено в какие-то другие ведомства?

Максим Топилин: Думаю, что в первую очередь это будет направлено в другие ведомства...

Марина Королева: Ну, в какие, кстати?

Максим Топилин: Не могу сказать. Это решит администрация президента, куда направятся, куда будет направлено это письмо. Думаю, что мы будем работать только с последствиями. Еще раз повторю, что причина закрытия этого рынка – это не сфера компетенции министерства.

Марина Королева: Ну, т.е. когда Вы говорите о последствиях, Вы, прежде всего, имеете в виду кого? Безработных.

Максим Топилин: Если люди потеряют работу, и они обращаются в службу занятости ,могут быть зарегистрированы в качестве безработных. Могут быть зарегистрированы в качестве просто ищущих работу, если им служба найдет работу сразу, до предоставления статуса безработного. Т.е. эта работа будет, еще раз повторю, с последствиями этого явления.

Марина Королева: И еще раз давайте уточним. Т.е. люди могут обращаться в этим самые службы занятости только в те регионы, где они… Если человек зарегистрирован в Якутии, он должен поехать туда. Московские службы ему не помогут.

Максим Топилин: Для того чтобы получить статус безработного – то да. Если он обратится в московскую службу занятости, то ему могут оказать услуги только по поиску работы. Но не зарегистрировать его в качестве безработного, и не платить пособия. Помочь найти работу. Помочь обратиться к банку вакансий, помочь найти вакансии на московском рынке в этом нет проблемы.

Марина Королева: Ну, т.е. его не выгонят из московской службы занятости, если он туда придет.

Максим Топилин: Безусловно, его не выгонят из московской службы занятости, ему окажут все необходимые услуги за исключением регистрации в качестве безработного и выплаты соответствующего пособия. Вот то, что касается пособия, от, что касается материальной поддержки, то это по месту жительства.

Марина Королева: Кстати, вот эта система не будет меняться? Это уже такой более общий вопрос. Я вдруг задумалась, а почему это так? Посмотрите, действительно, большая страна, в принципе службы занятости, они все компьютеризированы. База наверняка общая безработных и т.д. банк вакансий. Почему человек должен обязательно прийти по месту своей прописки, почему он должен прийти именно туда? Почему он не может обратиться в любом другом регионе в такую службу?

Максим Топилин: Еще раз, обратиться может для получения пособия по месту регистрации…

Марина Королева: Ну, т.е. он получит некую информационную поддержку.

Максим Топилин: Да. Информационную поддержку, доступ к банку вакансий, консультации возможные, т.е .это пожалуйста, можно получить в любой службе занятости.

Марина Королева: А так мы по-прежнему приписаны только к своему региону…

Максим Топилин: С точки зрения пособий – да. Мы думали над этой проблемой. Но это достаточно сложно с точки зрения перемещения людей решать. Это не пенсия, когда человек имеет статус и человек не работает, он получатель пенсии, он находится в базах данных соответствующих. При этом он может работать, у нас же пенсионер может работать и получать пенсию. Здесь проблем нет. Тогда, когда нам приходится именно отслеживать, что человек работает, или не работает, он должен не работать, то в перемещении это фиксировать очень сложно. Это немножко более сложная конструкция, нежели чем для пенсионной системы. И насколько я знаю во всем мире это именно так. Все-таки по месту регистрации человек имеет право для получения пособия по безработице.

Марина Королева: Максим Топилин, зам. министра здравоохранения и социального развития у нас в прямом эфире. Еще раз напомню телефоны для связи с нами +7 985 970-45-45. Это номер для ваших смсок. Ну, вот не совсем в связи с Черкизовским рынком, но отчасти и с ним тоже. Тут Федеральная миграционная служба внесла такое предложение. Они предлагают временно не привлекать иностранцев на работу в торговлю. И вот руководство ФМС буквально на днях рекомендовало своим сотрудникам, которые участвуют в работе региональных комиссий при центрах занятости давать отрицательные заключения вот по вопросам привлечения на работу в торговлю иностранных граждан. Говорят, что окончательное решение, конечно, за комиссией. Но "мы будем настаивать", вот так сказал Константин Полторанин, пресс секретарь ФМС. И говорит, что подобная рекомендательная мера, это только рекомендация, она будет действовать, по крайней мере, в течение нескольких лет. А вот насколько это, во-первых, законно и, во-вторых, ну вообще что ли правомерно, реально?

Максим Топилин: Что касается законно, не законно, наверное, любой федеральный орган может давать некие инструктивные вводные для работы своих сотрудников по всей территории Российской Федерации. На самом деле мне о такой инициативе ничего не известно. Но могу сказать следующее, что, по крайней мере, я не очень хорошо понимаю, зачем такую рекомендацию давайте сейчас. Если бы ее эмиграционные власти дали бы, допустим, месяца 2 назад, я бы понял целесообразность этого решения, хотя бы потому, что тогда шла заявочная кампания. Заявочная компания и вчера закончилась.

Марина Королева: Что Вы имеете в виду? Заявочная кампания – это по квотам?

Максим Топилин: Заявочная кампания, которая организована в регионах Российской Федерации, а заявка собирается снизу вверх…

Марина Королева: Заявка на квоты.

Максим Топилин: Каждый субъект РФ работает в рамках вот тех комиссий, о которых Вы сказали, работает до 15 июля на своей территории. До 15 июля соответствующая сформированная и подписанная у главы соответствующего региона заявка должна быть передана в Минздравсоцразвития. Вот вчера мы фактически завершили прием этих заявок ну сточки зрения, конечно, того, что еще они идут чисто физически по стране.

Марина Королева: А заявки это на какой год на следующий?

Максим Топилин: На 10й год. 15 июля – это посланий срок подачи заявки на 10й год. Но при этом продолжается корректировочная кампания на 9й год, это процесс такой достаточно перманентный. Но еще раз повторю, что вчера была дата, когда заявочная кампания на 10й год закончилась. Поэтому если ФМС сказала, давайте в комиссиях ограничивать приток в торговлю. И не будем давать отрицательные рекомендации, как члены комиссии. Они, во-первых, на это имеют право полное. Но это не означает, что субъекты РФ, как принимающие решение за ту заявку, которую они подают наверх, будут такую рекомендацию принимать. Работники ФМС лишь члены комиссии. Решение остается за органами исполнительной власти субъектов РФ.

Марина Королева: Ну, если федеральная миграционная служба говорит, что эта рекомендация будет действовать в течение нескольких лет, то это очевидно такая вот работа на перспективу что ли? Получается, что это такая рекомендация, которая теперь может быть применена только в следующем году?

Максим Топилин: Я завтра поговорю с Константином Олеговичем Рамадановским и узнаю у него все нюансы той рекомендации, а потом Вам это передам. Я не думаю, что... Ну, смотрите, во-первых, у нас есть ограничения на работу в торговле, как вы помните, еще с 2007 года. Т.е. нулевая доля в торговле на розничных рынках, торговля алкоголем, торговля фармацевтическими товарами. И доля в отрасли спорт. Грубо говорить, в отрасли спорт – 25%. Эти доли есть. И это обсуждалось очень активно еще 2 года назад. Потом это все успокоилось, потому что мы отрегулировали эту конструкцию. Во всей торговли, ну, я, конечно, не знаю, мы прекрасно с Вами видим, когда где-то магазины посещаем, т.е. достаточно много работников из других стран. Прежде всего, конечно, из других стран СНГ работает в этих отраслях, потом у нас существуют торговые сети, которые представляют крупные торговые сети с мировым брендом. И говорить, что там однозначно не будет представителей иностранного бизнеса, иностранных граждан, мне кажется, это немножко не совсем верная в таком, если брать такое решение однозначное, не совсем верное решение.

Марина Королева: Но вряд ли Федеральная миграционная служба здесь говорит об иностранцах из дальнего зарубежья, могу я предположить. Скорее всего, речь идет все-таки о гражданах там из стран СНГ т.д. И прежде всего о рынках. Потому что ФМС…

Максим Топилин: На рынках запрет.

Марина Королева: И не скрывают, что это в связи с ситуацией на Черкизовском.

Максим Топилин: На рынках запрет на работу.

Марина Королева: И он действует по-прежнему.

Максим Топилин: Конечно.

Марина Королева: И его никто не отменял, и не собирается отменять.

Максим Топилин: Нет.

Марина Королева: Тогда я тем более не понимаю, о чем идет речь в данном случае. Не привлекать иностранцев на работу в торговлю.

Максим Топилин: Торговля - это не только рынки.

Марина Королева: Ну, и тогда тем более не понятно, т.е. с другой стороны, мы с Вами можем зайти в любой супермаркет и там увидеть иностранных граждан очевидно.

Максим Топилин: Насколько я знаю позицию, и мы постоянно работаем с миграционной службой в этом направлении, насколько мне известна позиция официальная руководства миграционной службы, это все-таки позиция на продолжающуюся легализацию, прежде всего, трудовых отношений. Для этого мы вместе с миграционной службой готовили проект закона, который будет предусматривать введение особых механизмов для особых отраслей. Это, прежде всего, работа у физических лиц. Работа на дому, няни, гувернантки, возможно, там садовые работники, возможно работники, которые занимаются какими-то услугами в домашнем хозяйстве. Не обязательно няня, помощники по дому, и т.д. И сейчас готовится проект закона, по которому эти люди могут приобрести патент и очень серьезным образом упрощаются отношения работодателем. Ты купил патент, и тебе не надо приобретать никаких разрешения на работу. Купил патент, вход на рынок, но на тот рынок, где…

Марина Королева: Именно ты, или твой работодатель?

Максим Топилин: Нет, именно работник, который предполагает работать в РФ. Тогда у работодателей не возникает необходимости формализовывать отношения и т.д. В Чем проблема? Т.е ты купил вход на рынок. И ты можешь работать по определенным профессиям у работодателя, которые… у работодателей. Физических лиц. Потому что работодатели – физические лица, как Вам, наверное, очевидно, никогда не участвуют в квотной кампании, и никогда они не попадают в квоту. Ну, просто, если человек кого-то нанимает на работу, там разово, на сезонные работы, или же у него работает помощник по дому, трудно предположить, что работодатель, физическое лицо, участвует вот в той квотной кампании, о которой я говорил. Поэтому с тем, чтобы это не квотировать, с тем, чтобы легализовать этот рынок, а он, конечно, теневой в основном в РФ, кстати, и он теневой не только для иностранной рабочей силы в основном. И для российской рабочей силы.

Марина Королева: И не только в РФ, сказала бы я, наверное.

Максим Топилин: Конечно, не только в РФ. Это большая проблема, и весь Евросоюз постоянно думает и чешет затылок по поводу того, как этих работников тоже легализовать. Потому что ну там особые отношения, они ближе к гражданско-правовым, нежели чем к трудовым. Поэтому зарегулировать их тем трудовым законодательством, которое существует во всех странах, а в большинстве стран оно гораздо более жесткое, чем у нас. Трудовое. Просто эти отношения не вписываются.

Марина Королева: Максим, я понимаю, что вопрос, наверное, мой задним числом уже не имеет смысла. Но вот все-таки сейчас возвращаясь к этой рекомендации ФМС по поводу торговли, я возвращаюсь к этому запрету торговли иностранцев на рынках тоже. Скажите, а вот собственно, ну, вот чем он так уж вызван и необходим? Если смотреть здраво и объективно говоря, это люди, которые умеют торговать, любят торговать, традиционно умеют это делать. Ну, возможно, это была действительно какая-то популистская мера. Но, может быть, сейчас, особенно в этой ситуации, как нам пишет Армен из Степанакерта, - нашли время, остались без работы тысячи людей, это в разгар кризис, о чем думает правительство. Может быть, наоборот, имеет смысл подумать о том, чтобы этот запрет снять торговли на рынках для иностранцев?

Максим Топилин: Несколько другая конструкция была позиция о том, что рынки должны неким образом преобразиться. Поэтому все мероприятия проводились именно в этом ключе. Просто в торговле никто иностранцам работать не запрещал. Речь шла о том, что торговля на рынках, в палатках, павильонах. И торговля алкогольными напиткам, фармацевтическими товарами, где нужны специальные требования, как Вы понимаете. И я не думаю, что сейчас нужно менять эти решения. Нужно просто думать в дальнейшем, как легализовывать трудовые отношения. Я еще раз повторю, что мы с Федеральной миграционной службой такой проект закона подготовили. Это будет гораздо более простая процедура, нежели чем получение разрешения на работу.

Марина Королева: Скажите, Максим, Вы иногда бываете на рынках?

Максим Топилин: Бываю.

Марина Королева: Ну, например, не знаю, огурчики купить, помидоры.

Максим Топилин: Конечно.

Марина Королева: Вот как Вам кажется, преобразились рынки с тех пор, как там был введен запрет на иностранцев?

Максим Топилин: Ну, честно говоря, я бываю на одном рынке. А там ничего не преображалось…

Марина Королева: Не будем его называть, да.

Максим Топилин: Там нормально, цивилизовано. Но там работают в основном те люди, там кажется…

Марина Королева: Появились там те самые отечественные производители, которые должны были приехать туда.

Максим Топилин: На самом деле, Вы знаете, это все зависит, там зоны такие, которые достаточно трудно регулируются. То, что касается отечественных производителей, вот буквально на прошлой неделе был в Красноярске, и мне рассказывали, как решают проблему, отечественный производитель будет торговать и имеет доступ к рынку. Что они сделали? Они стали продавать молоко, ну, соответствующим естественно санитарно-эпедемиологическим обеспечением в обычных, ну, вот как там квас продают в бочке на улице, соответственно, раскупают, как мне рассказывали, сам, честно говоря, не видел, раскупают за час, цены гораздо ниже и т.д. Т.е. если местные власти находят какие-то понятные для населения элементарные формы доступа на рынок, совершено не обязательно, что рынок – это как мы понимаем, московские рынки и т.д. Там где местные власти это делают, это получается, в Москве, конечно, это сложнее.

Марина Королева: Максим Топилин, зам. министра здравоохранения и социального развития в прямом эфире "Эхо Москвы". И мы продолжим через несколько минут после новостей.

НОВОСТИ

Марина Королева: 22 часа 33 минуты в Москве и мы продолжаем. Марина Королева в студии и мой сегодняшний гость Максим Топилин тоже здесь, зам. министра здравоохранения и социального развития России. +7 985 970-45-45 это телефон для Ваших вопросов. Вот Игорь Вас спрашивает, Максим. Если не секрет, каков размер пособия, ну, пособия по безработице, он имеет в виду. Давайте напомним, действительно.

Максим Топилин: Ну, размер пособия по безработице зависит от той заработной платы, которую получал работник, если он имеет соответствующий стаж, а надо иметь, как минимум 26 недель за последний год, если человек работал полное рабочее время, условно. Тогда пособие считается от заработной платы. Но при этом есть ограничение известное последнее время. Величина 4900 рублей это максимальная планка, которая выплачивается вне зависимости от того, какая заработная плата была. А так процентное соотношение заработной платы. 75, 60, 45 и это уменьшение происходит в течение месяцев в году. Первый период выплаты – это год. В тех регионах, где есть районный коэффициент 4900, соответственно, корректируется на районный коэффициент. Соответственно на Чукотке это соответственно в 2 раза больше.

Марина Королева: Ну, тем не менее, так вот по стране это верхушка.

Максим Топилин: Это ограничение. Нет, среднее пособие меньше. Потому что если человек впервые ищет работу, ну, например, студент сразу стал безработным, к сожалению, он получает всего 850 рублей, это минимальное пособие тоже с районным коэффициентом. Тех, у кого не было заработка, не было стажа, ну, или работал человек нелегально, трудовой книжки нет, нечем подтвердить документально заработную плату, то он будет получать только минимальное пособие. Поэтому среднее пособие, безусловно, ниже. Где-то в районе 2 000.

Марина Королева: Да, ну, Вы там упомянули 26 недель, а, кстати, если иметь в виду студентов, здесь, я боюсь, в этом году будет серьезная проблема с выпускниками этого года. Как им поступать? Они получат все-таки какие-то деньги, если не работали ни дня, но не могут найти работу?

Максим Топилин: Эта тема находится под нашим постоянным контролем с министерством образования. За последние месяцы во всех регионах без исключения проводилась персонифицированная работа со всеми выпускниками всех уровней и высшего учебного заведения, и профессиональных технических училищ, и средних специальных учебных заведений, и школ. Персонифицировано работники вузов вместе со службами занятости отрабатывали траекторию поведения выпускников и возможности из трудоустройства. По нашим данным они, конечно, разнятся по регионам, по нашим данным порядка 10% выпускников, это 150 000 где-то человек имеют достаточно серьезные риски быть нетрудоустроенными. Для этого нами разработана специальная программа, Вы, наверное, знаете, что министерством реализуются в регионах дополнительные мероприятия, так называемые, на рынке труда в связи с кризисной ситуацией. И в рамках этих программ мы будем оплачивать стажировку, заработную плату компенсировать работодателю в ходе стажировки. Если молодой человек сам не может найти работу и сталкивается с какими-то сложностями, мы подыскиваем ему рабочее место…

Марина Королева: Т.е. он как бы идет для работодателя бесплатно.

Максим Топилин: Он идет для работодателя с точки зрения заработной платы практически бесплатно. Конечно, там есть некоторые ограничения. Конечно, мы не будем платить работодателю 20 000 рублей. Это минимальная заработная плата, но это позволяет работодателю, такие программы уже в регионах сейчас начинают реализовываться, они просто должны начаться где-то с августа месяца, когда люди уже должны приступать к работе. И мы предполагаем, что во время такой стажировки, ну, это в принципе мировой опыт. Во время такой стажировки работодатели сможет оценить всевозможные плюсы и минусы молодого человека, привыкнуть к нему. Молодой человек тоже сможет показать все свои возможности, навыки и т.д. При этом ее раз повторю, мы будем до 6 месяцев компенсировать работодателю часть заработной платы.

Марина Королева: Мы это кто? Это государство? Это бюджет?

Максим Топилин: Государство – это деньги федерального бюджета, которые идут в регионы в рамках тех дополнительных программ, о которых я сказал. Это один из элементов дополнительных программ занятости.

Марина Королева: Да, но вот хотелось бы только понять, как молодой человек узнает о том, что он может получить такую возможность. Что ему для этого надо сделать?

Максим Топилин: Они все об этом знают.

Марина Королева: Вот когда Вы говорите о персонифицированной работе, что Вы имеете в виду?

Максим Топилин: Да, я еще раз говорю. Во всех регионах, во всех вузах, во всех ПТУ, во всех техникумах с каждым молодым человеком персонифицировано работали работники образовательных учреждений с одной стороны, и служб занятости. Все были опрошены, у всех было выяснено, где он имеет возможность… Многие же работают. Многие знают, куда они пойдут работать, уже эта ситуация у них отрегулирована. И в таком персонифицированном режиме мы доводим ситуацию до того, что если молодые люди оказываются в такой ситуации, мы их не регистрируем в качестве безработного, чтобы не начинать свой жизненный путь с отметки о том, что ты был безработный, а просто подбираем им рабочее место, работаем индивидуально, что ему подходит с точки зрения его образования. Договариваемся с работодателями и служба занятости заключает с работодателями договор, финансирует работодателя в части вот этой компенсации заработной платы.

Марина Королева: У меня только сразу два вопроса. Первый, хватит ли этого на всех? Вот таких возможностей?

Максим Топилин: Хватит.

Марина Королева: Т.е. вот буквально, кот не приди бывших студент…

Максим Топилин: Я же сказал, 150 000 человек находятся в ситуации, будем говорить так, под вопросом.

Марина Королева: И для всех ли профессий это действует? Или есть какое-то…

Максим Топилин: Для всех.

Марина Королева: Ну, например, я не знаю, филолог. Приходит и говорит, я не могу устроиться на работу. И Вы ему будете подыскивать…

Максим Топилин: Да, пожалуйста, в школе создается дополнительное рабочее место на это время. Это субсидируется из федерального бюджета. И он проходит определенную стажировку. Т.е. фактически работает в школе по своей специальности. Директорат, коллектив к нему присматриваются. Происходит некое попытка, да, это попытка государства определенным образом стимулировать работодателя. И дать ему субсидию на то, чтобы он определенным образом посмотрел и оценил, каков работник и каковы его качества и т.д.

Марина Королева: Ну, вот, кстати, я сейчас подумала о том, что вот как раз молодежь, которая только что вышла из вузов и, допустим, не может найти работу, вот это тот самый ресурс для возможных перемещений по стране, о которых в последнее время много говорится, но так вот, на мой непросвещенный взгляд, мало что делается. В том смысле, что я, например, вот не видела большого количества переезжающих людей в поисках работы по России, по крайней мере. Еще там могу люди уехать куда-то за границу. Там ученые и т.д. А вот что касается переездов по России, то их, в общем, в массовом порядке не происходит, не смотря даже на кризис. Вот молодые люди. И, казалось бы, им проще всего подняться, у многих еще нет семей. Нет каких-то обязательств, нет жилья, что тоже важно, они не привязаны, они могут куда-то переехать в надеже где-то его получить. Вот что им в этом смысле предлагается, и что может предлагаться?

Максим Топилин: На самом деле по стране достаточно большое количество людей перемещалось и перемещается, к сожалению. По нашим оценкам, тенденции, которые начали проявляться с началом кризисной ситуации, это как раз обратные переезды. Российские граждане, которые работали, в том числе, и в Москве, Московской области, в других крупных городах, такая тенденция раньше началась, они возвращаются к себе домой, потому что теряют работу в этих крупных городах и вынуждены возвращаться к себе. И у нас такие явления в ряде регионов Поволжья, Кировская область, Пермский край.

Марина Королева: А возвращаются к себе и что?

Максим Топилин: Еще раз хочу сказать, что в этих регионах во многом безработица возросла в связи с тем, что из этих регионов много людей работало традиционно в Москве, в Ленинградской области. В регионах, где допустим, если брать Псков, Новгород, то это немножко точка притяжения другая. Люди стали возвращаться и там уровень безработицы вырос не в связи с тем, что кризисные явления очень сильно проявились, а потому что именно люди вернулись с тех рабочих мест, которые у них были в более развитых регионах, там, где были рабочие места. Поэтому, безусловно, мы пытаемся запустить программы стимулирования переезда. И так же могу сказать, что в рамках вот этих дополнительных мероприятий на рынке труда такая программа есть. Она предусматривает, как финансирование самого переезда, т.е. оплаты билета, и подъемные. Это оплата 500 рублей в день на временное жилье. Этого недостаточно, безусловно. И эти программы являются в пакете дополнительных мер, а это превентивное обучение переобучение, когда ты еще работаешь, не потерял работу. Это открытие собственного дела, это временные работы в тот период, когда предприятие имеет сложности со сбытом или с изготовлением продукции и образуется режим неполного рабочего времени, или отпуск без сохранения заработной платы. И четвертая составляющая – это переезд. Честно могу сказать, что пока практически не работает. Есть очень маленькое количество регионов…

Марина Королева: Вообще, есть какая-то статистика уже по переездам в поисках работы?

Максим Топилин: Мы пытаемся это обобщать. Но вот еще раз приведу пример того же Красноярского края, в котором работали в пятницу, смотрели, в том числе, как реализуется эта программа. Вот в Красноярском крае мы это отметили с губернатором, это обсуждали. Вот у них по их пока данным около 700 человек в рамках этой программы, конечно, это очень маленькие цифры, конечно, это маленькие цифры, и это регион, в котором идет лучше, чем в любом другом регионе.

Марина Королева: Ну, Вы же, наверняка, задумывались, не работает почему?

Максим Топилин: Не работает по разным причинам. Люди просто не хотят уезжать из тех мест, где они привыкли и жить, и работать, из своего дома просто не хотят уезжать. Не готовы уезжать.

Марина Королева: Менталитет что ли такой у россиян?

Максим Топилин: Это менталитет. Те, кто хотели ехать, они перемещались и раньше. Из регионов, где достаточно тяжелая ситуация. Но когда люди уезжают из дома. Наверное, тогда, когда не все очень хорошо.

Марина Королева: Ну, или если им кажется, что есть место, где лучше.

Максим Топилин: Понимаете, есть место, где лучше. Вы, наверное, тоже знаете, что есть место, где лучше. Однако же Вы работаете здесь, и как бы не собираетесь никуда уезжать.

Марина Королева: Знаете, нет места лучше. Нет, нет.

Максим Топилин: Это, наверное, не так, но вместе с тем. Поэтому эта программа плохо работает на самом деле сейчас. Это связано и с менталитетом, и с низким уровнем пока поддержки. Мы поэтому сейчас предлагаем сделать, может быть, со следующего года, может быть, чуть попозже меры поддержки, которые будут адекватны приблизительно тем, которые действуют у нас для "соотечественников". Вы знаете, есть у нас программа привлечения соотечественников из-за рубежа…

Марина Королева: Знаю, знаю, и она, кстати, не работает.

Максим Топилин: Она, к сожалению, работает не очень хорошо. Будем говорить так. Потому что не мы ее администрируем. Это дело другого ведомства, поэтому не буду как-то относиться к деятельности коллег. Но там достаточно серьезные есть и подъемные, и серьезные суммы…

Марина Королева: И все равно говорят, что мало.

Максим Топилин: Мало для человека, который переезжает из-за заграницы, наверное, это мало. Для людей, которые, Вы правильно сказали, молодые люди. Наверное, надо стимулировать, прежде всего, их, и разъяснять, и информационную работу вести. К сожалению, эта работа пока еще не совсем налажена. Безусловно, есть такие точки, куда еще можно ехать. И, безусловно, это не только Москва.

Марина Королева: А вот давайте мы попробуем сказать людям. Вот куда они могут ехать. Правда, не 500 рублей в день их же привлекут.

Максим Топилин: Нет, конечно.

Марина Королева: Значит, им нужно ехать куда-то, где у них будет что? Значит, что человеку нужно? Работа, жилье ну и какое-то мало-мальски качество жизни.

Максим Топилин: Ну, жилье, на самом деле – это то, что Вы приобретаете за свою либо зарплату, либо за те накопления, либо продаете жилье здесь, либо у Вас есть возможность его там нанять, либо работодатель Вам оплачивает аренду и т.д. Вы знаете, наверное, сказать, в какие регионы ехать, не ехать, достаточно сложно. Ну, вот мы все время привыкли говорить про то, что у нас есть Сочи, АТЭС, такие большие мега проекты. На самом деле в каждом регионе есть точки приложения, которые развиваются. Точки приложения труда. Я Вам приведу пример. Вчера буквально я был в Татарстане, и в свободной экономической зоне открывалось новое предприятие, совершенно новое. Т.е. это новые технологии, нетканые материалы, которые используются в различных секторах. Предприятие ну с иголочки. Это во время кризиса открывается, 100 рабочих мест. Не очень много.

Марина Королева: Но там, наверное, и своих хватает на эти 100 рабочих мест.

Максим Топилин: Нет, почему. Там привлекаются из других регионов. Это может быть не сами рабочие, но это менеджмент. Та компания, которая открывает, она привлекает людей из других регионов. Это, конечно, не тысячи и тысячи рабочих мест. Это пока не массовое явление. Но люди за этим едут. То, что я Вам сказал, Красноярск, кстати, рядом в том же Татарстане, это свободная экономическая зона – Алабуга. Рядом буквально на днях будет открываться еще одно предприятие. Я сейчас, честно говоря, не помню, какого профиля. Но вчера нам рассказывали, как раз его начали строить практически с началом кризиса. С началом кризиса открывается еще сотня рабочих мест. Красноярск, который я приводил в пример, люди едут для работы в Нижнем Приангарье, где сейчас развивается очень серьезный проект, который финансируется и государством. Люди едут и в другие регионы. Мы начинали с того, что организовывали переезд небольшой группы людей. Из Ярославской области в Северодвинск на военный оборонный завод по производству подводных лодок. Вот есть эти сюжеты. Их невозможно… Знаете, у меня такое ощущение иногда складывается, что мы просто, как чиновники, мы не можем это администрировать. И не должны, наверное, это администрировать. Мы должны просто создать условия, создать финансовые инструменты, которые людей будут привлекать. И у меня все время крутится мысль, как это отдать на аутсорсинг. Все попытки это делать из центрального аппарата, из министерства здравоохранения, или даже через службы занятости на местах, ну, практически, не то, что они обречены на неуспех…

Марина Королева: Давайте только это слово иностранное мы сейчас превратим в какое-нибудь русское.

Максим Топилин: Передать. Передать в управление структурам, которые и так сегодня работают на рынке оказания услуг в сфере подбора работы.

Марина Королева: Ну, каким-то коммерческим структурам вроде агентств.

Максим Топилин: Ну, условно, что я имею в виду? Я говорю, что вот такие-то финансовые инструменты, такие-то финансовые стимулы, я заказываю, допустим, что моя программа составляет, допустим, 5000 человек. Я объявляю конкурс, выигрывает компания, которая будет заниматься, работать с людьми, искать им работу на мобильных условиях. Которая оперирует на этом рынке, будет искать им работу в других каких-то регионах, будет искать, кто переедет, куда переедет. За это естественно государство должно заплатить соответствующие ресурсы этой компании на администрирование. Эта услуга, естественно, она должна иметь какую-то прибыль. Ну, не получается у нас у чиновников вот эти двигать людей по стране. Мне кажется, это было бы правильно.

Марина Королева: Т.е. Вы здесь расписываетесь в бессилии таком ведомственном.

Максим Топилин: Это не в бессилии, это просто не тот функционал, который должны реализовывать чиновники в Москве. Ни в коем случае.

Марина Королева: Максим я просто хочу понять, смотрите, разве у Вас нет информации о том, где в регионах требуется рабочая сила. Ну, хотя бы на каких-то крупных предприятиях. Или на небольших каких-то предприятиях. Разве это так сложно, составить некую базу, чтобы человек кроме этих 500 рублей там каких-то подъемных и т.д., чтобы он кроме этого получал еще и информацию о том, где требуется рабочая сила, чтобы он быстро сняться с места и уехать. Или это невозможно?

Максим Топилин: Такая работа ведется, и Вы знаете, наверное, есть портал специальный в Федеральной службе по труду и занятости. Он называется "Работа в России". Там делаются попытки его постоянно держать в актуальном виде. Но это достаточно сложно почему? Потому что вакансии живые. Сегодня вакансия есть, завтра ее нет. Поэтому прежде. Чем куда-то срываться, нужно все равно навести какие-то контакты с работодателями. Либо же работать с посредником, который работает на этом рынке. Это любо служба занятости, либо агентства, которые этим занимаются. Но просто так, посмотрев вакансии туда поехать, завтра она будет занята. Т.е. это невозможно. Нужно все равно, скорее всего, либо услуги посредника, либо ты сам должен созвониться. Но все равно работодатель, ты должен прийти в службу кадров, ты должен показать, что ты умеешь, должен пройти какие-то собеседования. Такой удаленный контакт достаточно сложен, с точки зрения приема на работу. Вакансии очень подвижны. Банки такие есть. Банки такие есть и у коммерческих структур и у службы занятости. Но еще раз повторю, что достаточно сложно, наверное, человеку сняться с места и поехать. Все-таки мы живем не в Америке. У нас не такие транспортные сети, у нас не так просто продать квартиру, купить квартиру, или что-то еще сделать.

Марина Королева: Ну, квартиру, допустим, можно снимать. Но я вот думаю, может быть, Все-таки прав генпрокурор Юрий Чайка, когда он сегодня назвал неэффективной работу служб занятости по борьбе с безработицей. Он, правда, говорил о Центральном федеральном округе. Но сказал, что просто очень много безработных, вот он тут называл цифры. В Центральном федеральном округе сказал, что 2% от трудоспособного населения 400 000 безработных, это очень много. Плюс ситуация с задержкой зарплаты и т.д. И вот я повторю, назвал неэффективной работу службой занятости. Так, может быть, тогда и не нужны нам вот эти биржи труда, службы занятости, если они ничего не могут то?

Максим Топилин: Я не сказал, что службы занятости ничего не могут. Через службы занятости по всей стране проходят в течение года около 8 миллионов человек, которые приходят, обращаются, и получают социальную поддержку, и получают возможность работать на временных работах. И получают возможность переобучиться, и получить новую профессию, и повысить квалификацию, а кроме всего прочего, в службах занятости сегодня работают не только с безработными, но и с более чем по нашим оценкам полуторамиллионом человек, которые работают на предприятиях, и которые находятся под риском увольнения. Для которых организуются временные работы, которые так же переобучаются, как я сказал. Которые получают возможность открыть собственное дело. То, что касается оценок Генеральной прокуратуры, все органы в рамках своей компетенции имеют право давать соответствующие оценки. Если это 2% Центральный Федеральный округ – это значительно ниже, чем по стране. Во-вторых, эффективность можно оценивать только на определенных цифрах. На самом деле это не процент зарегистрированной безработицы. Это уровень, например, трудоустройства тех, кто прошел переобучение. Так вот в службах занятости люди, которые проходят переобучение, а я думаю, что в этом году таких людей только безработных будет около 700 000 человек. Из них 90% устраиваются на новую работу. Это, мне кажется, самый серьезный показатель эффективности. То, что касается задержек в зарплате, да такое явление есть. Но это не компетенция служб занятости. Это компетенция генеральной прокуратуры. Это компетенция инспекции по труду, которые входят в Федеральную службу по труду и занятости просто структурно. Поэтому, да, такое явление есть. И по этим ситуациям Федеральная служба по труду и занятости проводят достаточно серьезное количество проверок, и применяет меры дисквалификации к руководителям, и штрафов к руководителям и т.д. И насколько я знаю, задолженность по заработной плате за последний месяц снизилась.

Марина Королева: Максим Топилин, зам. министра здравоохранения и социального развития у нас в прямом эфире. Вы еще успеете задать свои вопросы: +7 985 970-45-45 это для Ваших смсок. Вот в утешение Вам Саша из Липецка: "Переехал из Сибири в Липецк, работаю столяром, снимаю квартиру". Т.е. кто-то все-таки снимается, переезжает. Но зато здесь есть вопросов от студентов, которые услышали вот то, что Вы рассказываете по поводу программ такой адресной помощи им. Значит, которые сейчас могут оказаться без работы и вот здесь много-много смсок. Так вот почему Вы не говорите о том, что эти программы не распространяются на выпускников негосударственных вузов? Спрашивает Алексей из Московской области.

Максим Топилин: Это неправда.

Марина Королева: Т.е. выпускники негосударственных вузов тоже могут получить такую поддержку.

Максим Топилин: Безусловно.

Марина Королева: Еще вопрос, вот Татьяна: выпуск 2009 года, т.е. этот год, Томский университет, куда обращаться в Томске? С нашим потоком никто не работал, получить эту поддержку я могу в любом городе? Или только по Вашему направлению?

Максим Топилин: Надо обратиться, как я уже сказал, в службу занятости, ну, где находится учебное заведение, обратиться в центр занятости соответствующий и в Томской области их достаточно много. В городе Томске есть центр занятости. И там расскажут про эту программу. Просто надо туда прийти, рассказать о своих проблемах.

Марина Королева: Т.е. это не к Вам в министерство и не в университет. Это в службу занятости.

Максим Топилин: Это надо делать только по месту нахождения сейчас, чтобы получить эти услуги, нужно просто прийти в службу занятости и поставить задачу перед работниками службы занятости. Еще раз повторю, что служба занятости сегодня не ограничена в финансовых ресурсах. Мы выделяем достаточно большое количество денежных средств для того, чтобы решить эту проблему. Там могут быть естественно вещи, связанные, как правильно Вы сказали, там с особенностями полученного образования и т.д. Но службам занятости поставлена задача с тем, чтобы всех молодых людей, которые являются выпускниками и сталкиваются с этими проблемами, чтобы им была оказана помощь по возможному прохождению стажировки.

Марина Королева: Еще вопрос от Милы с Урала нашей слушательницы, он пришел по интернету. Это еще одна программа, как я понимаю, программа, которая действует. Ну, во всяком случае, о ней было объявлено. Программа для безработных содействия в содействии созданию собственного дела с выплатой материальной помощи. Ну, вот Мила написала в размере 64 000 рублей? Это так?

Максим Топилин: Не совсем так 64 000 рублей. Чуть меньше 60 000 рублей. Ну, почти 60. Это программа поддержки малого бизнеса. Это не материальная помощь, это деньги, которые мы выделяем в случае, если человек открывает собственное дело, регистрируется в соответствующих налоговых органах. Причем это тоже служба занятости оплачивает. Помимо 60 000, о которых мы говорим. И если человек является безработным, стоит на учете в службе занятости, то он может получить такую субсидию на открытие собственного дела.

Марина Королева: Ну, вот здесь вопрос. Точнее вопросов сразу несколько. И от Милы, и от меня тоже. Она спрашивает Вас: кризис – самое благоприятное время для создания собственного дела? Фирмы разоряются, трудности в малом бизнесе. А здесь берите деньги? Кто-нибудь просчитал эффективность таких вложений? Спрашивает она.

Максим Топилин: По нашим расчетам практически каждый человек, который открывает собственное дело, открывает в последующем дополнительные рабочие места. А если в регионах налажено взаимодействие между службами занятости и структурами, которые занимаются развитием малого бизнеса на региональном уровне, то следующим шагом является возможность получения 300 000 субсидии по линии уже региональных властей, это финансируется из федерального бюджета по линии Минэкономразвития. И я сам лично встречался во многих регионах с молодыми людьми, не с молодыми людьми, которые идут по этой конструкции, получают сначала первый старт 60 000 рублей в службе занятости, дальше получают гранты по линии манистерства экономического развития и торговли. Открывают собственное дело, создают дополнительные рабочие места, таких людей очень много. И эта программа по нашим сейчас ощущениям очень сильные обороты набирает в регионах. Это произошло после того, как мы увеличили размер субсидии. И сейчас регионы обращаются за дополнительной финансовой поддержкой для развития этого направления.

Марина Королева: Ну, смотрите, я понимаю, что за деньгами любой придет, наверное, и возьмет их с удовольствием. А потом кто-то контролирует то, как эти деньги расходуются. И вообще дело в результате, оно как-то стало эффективным? Оно действительно открылось и работает? Контроль то какой-то есть?

Максим Топилин: Я не исключаю, что кто-то может разориться, как и любой бизнесмен, как любой челочек открывший свое собственное дело.

Марина Королева: Деньги заставят вернуть?

Максим Топилин: Нет, деньги не заставят вернуть. Но мы постоянно с этим и людьми работаем, они находятся под постоянным не контролем, но наблюдением со стороны тех структур, которые отвечают в регионах за развитие малого бизнеса. Там постоянная существует поддержка. Эти люди возможно работают в бизнес инкубаторах, получают поддержку по линии ведения бухгалтерского учета, т.е. там отработана система сопровождения. Еще раз повторю, что мы не исключаем, что кто-то разорится. Не дай Бог, конечно, не хотелось бы желать тем людям, которые начинают собственное дело…

Марина Королева: Да. Тем более, заканчивать эфир на такой ноте не зотелось бы.

Максим Топилин: Еще раз повторю, что эта программа в нашем пакете мер является самой эффективной, и мы полагаем, что мы откроем достаточно большое количество рабочих мест с учетом этой программы.

Марина Королева: Максим Топилин, зам. министра здравоохранения и социального развития России был сегодня у нас в прямом эфире, затронули мы лишь некоторые вопросы регулирования рынка труда. Но я надеюсь, Максим, что придете еще раз в нашу программу, поговорим.

Максим Топилин: Обязательно.

Марина Королева: Спасибо, всего доброго.

Максим Топилин: Спасибо.

Группа компаний "ИПП"
Группа компаний Институт проблем предпринимательства
ЧОУ "ИПП" входит
в Группу компаний
"Институт проблем предпринимательства"
Контакты
ЧОУ "Институт проблем предпринимательства"
190005, Санкт-Петербург,
ул. Егорова, д. 23а
Тел.: (812) 703-40-88,
тел.: (812) 703-40-89
эл. почта: info@ippnou.ru
Сайт: https://www.ippnou.ru


Поиск
Карта сайта | Контакты | Календарный план | Обратная связь
© 2001-2022, ЧОУ "ИПП" - курсы МСФО, семинары, мастер-классы
При цитировании ссылка на сайт ЧОУ "ИПП" обязательна.
Гудзик Ольга Владимировна,
генеральный директор ЧОУ «ИПП».
Страница сгенерирована за: 0.104 сек.
Яндекс.Метрика